April 22nd, 2008

Психея

Я - трамвайная вишенка...

Юрий Левитанский

Это Осип Эмильич шепнул мне во сне,
а услышалось – глас наяву.
- Я трамвайная вишенка, - он мне сказал,
прозревая воочью иные миры.
Я трамвайная вишенка страшной поры
И не знаю, зачем я живу.

Это Осип Эмильич шепнул мне во сне,
но слова эти так и остались во мне,
будто я, будто я, а не он,
будто сам я сказал о себе и о нём:
- Мы трамвайные вишенки страшных времён
и не знаем, зачем мы живём.

Гумилёвский трамвай шёл над тёмной рекой,
заблудившийся в красном дыму,
и Цветаева белой прозрачной рукой
вслед прощально махнула ему.

И Ахматова вдоль царскосельских колонн
проплыла, повторяя, как древний канон,
на высоком наречье своём:
- Мы трамвайные вишенки страшных времён
и не знаем, зачем мы живём.

О российская Муза, наш гордый Парнас,
тень решеток тюремных издревле на вас
и на каждой нелживой строке.

А трамвайные вишенки русских стихов,
как бубенчики в поле под свист ямщиков,
посреди бесконечных российских снегов
всё звенят и звенят вдалеке.

(1994)

Collapse )